Geschichte der Wolgadeutschen

GYÖRGY DALOS

GESCHICHTE DER RUSSLANDDEUTSCHEN

VON KATHARINA DER GROßEN BIS ZUR GEGENWART


Dalos, G.: Geschichte der Russlanddeutschen. Von Katharina der Großen bis zur Gegenwart. — Verlag C.H.Beck oHG, München 2014, — 336 S.

ISBN 978-3-406-67017-6

Einen bemerkenswerten Aufschwung erlebten die deutsch-russischen Beziehungen 1763 mit dem Einladungsmanifest von Katharina II. Die aufgeklärte Monarchin forcierte die Besiedelung ihres Herrschaftsgebietes und die Erschließung seiner Naturreichtümer. Mitteleuropa war gerade durch den Siebenjährigen Krieg (1756-1763) verwüstet worden. Daher sahen viele Rheinländer, Bayern, Badener und Hessen ihre Zukunft an der unteren Wolga und in der Schwarzmeerregion. Angelockt wurden sie von Katharinas Versprechen, ihnen Religionsfreiheit, Entbindung vom Militärdienst und Steuererleichterungen zu gewähren. Ihre Nachkommen erlebten 100 Jahre später, wie die Reformen Alexanders II. ihren materiellen und gesellschaftlichen Status nachhaltig beeinträchtigten. Die 1897 rund 1.7 Millionen Menschen zählende Minderheit sah sich zudem einem zunehmenden Nationalismus ausgesetzt, der in den Anfeindungen als «Verräter» im Ersten Weltkrieg eskalierte. Pogrome, Deportationen und der wirtschaftliche Ruin wurden von der Oktoberrevolution zunächst aufgehalten. Krieg und Revolution hatten aber die Landkarte verändert, und viele Angehörige der Minderheit befanden sich nun nicht mehr auf russischem Gebiet und dennoch unter sowjetischer Herrschaft. Überließ ihnen Lenin zunächst eine autonome Republik an der Wolga, gerieten sie spätestens Ende der 1930er Jahre im Zuge des Stalinistischen Terrors erneut unter Generalverdacht. Nach dem deutschen Überfall auf die Sowjetunion folgten entweder die Umsiedlung in den Westen durch die Nationalsozialisten oder die Deportation in den Osten durch das Sowjetregime. Erst das Tauwetter unter Chruschtschow brachte den Überlebenden eine begrenzte Freiheit zurück und in den folgenden Jahrzehnten die Möglichkeit zur Ausreise in die Heimat ihrer Ahnen.


György Dalos ist eine brillant erzählte, sachlich fundierte und reich bebilderte Darstellung dieser rund 230-jährigen Beziehung gelungen, in der er sowohl gegenüber der russischen als auch der deutschen Position eine neue, dritte Perspektive einnimmt.

György Dalos, 1943 in Budapest geboren, studierte in den 1960er Jahren Geschichte in Moskau. Er wurde 1995 mit dem Adelbert-von-Chamisso-Preis und 2010 mit dem Leipziger Buchpreis zur Europäischen Verständigung ausgezeichnet. Im Verlag C.H.Beck sind von demselben Autor lieferbar: Gorbatschow. Mensch und Macht (2011); Der Vorhang geht auf. Das Ende der Diktaturen in Osteuropa (2009); Lebt wohl, Genossen. Der Untergang des sowjetischen Imperiums (2011); Ungarn in der Nußschale. Ein Jahrtausend und zwanzig Jahre (2012).


Vorwort

Im Frühjahr 1965, ich studierte Geschichte an der Lomonossow-Uni-versität in Moskau, erhielt ich eine Einladung nach Frunse, heute Bischkek. Mein Gastgeber war der kirgisische Dichter Temirkul Umetoli. So verbrachte ich eine gute Woche in der Hauptstadt der kirgisischen Sowjetrepublik, zwischen dem ersten Mai, dem international begangenen Tag der Arbeit, und dem neunten Mai, dem zwanzigsten Jahrestag des Sieges der Sowjetunion über Hitlerdeutschland. Temirkul Umetoli, damals ein sehr bekannter Literat, besaä eine Villa mit Garten im Stadtzentrum und hatte eine groäe, weitverzweigte Familie. Einer seiner Enkel, der fünfjährige Serjoscha, litt an Kinderlähmung und konnte weder laufen noch sprechen. Er saä im Kinderwagen und wurde von Ida Iwanowna gepflegt, einer älteren deutschen Frau, die so liebevoll mit ihm umging, als wäre der Kleine ihr eigener Enkel. Ab und zu nahm sie ihn auf den Arm, wiegte ihn hin und her und sagte mit sanfter Stimme auf Deutsch: «Du armes schönes Kind!»

In Ida Iwanowna begegnete mir zum ersten Mal das Phänomen der Russlanddeutschen, von deren Existenz ich zuvor keine Ahnung hatte. Offenbar hatte mich diese Begegnung beeindruckt, denn in einem Aufsatz über meine Reise nach Kirgisien für die Szegediner Literaturzeitschrift «Tiszatáj» widmete ich ihr einen ganzen Absatz. Unter Hinweis auf das Gespräch mit der alten Frau schrieb ich:

«Hier im kirgisischen Land leben viele Deutsche, ebenso wie es in der benachbarten Kasachischen Republik ganze deutsche Dörfer, deutsche Kolchosen gibt. Diese Deutschen flüchteten gegen Ende des 18. Jahr-hunderts vor den vielen Wirtschaftskrisen in das Russische Reich, in dem damals eine relative ökonomische Konjunktur herrschte und wo man viele fleiäige Arbeiterhände brauchte. Die Deutschen blieben auch nach der Groäen Sozialistischen Oktoberrevolution im Lande. Ihre Zahl wurde auf eine halbe Million geschätzt, als sie ihre Autonomie im Rahmen der 1922 gegründeten Union erhielten. Das Zentrum der Deutschen Autonomen Republik lag im Wolgagebiet, in der provinziellen Kleinstadt Engels. Doch die Kriegsjahre dezimierten die deutsche Bevölkerung. Die Schrecknisse der Evakuierung, die Integration eines Teils der Deutschen in die fünfte Kolonne und andere, rein subjektive Faktoren machten es für die deutsche Bevölkerung unmöglich, sich nach dem Krieg in einer neuen autonomen staatlichen Formation zu vereinigen. Ein Teil von ihnen lieä sich daraufhin hier in Zentralasien ansiedeln, wo sie die ohnehin vielfarbige ethnische Karte dieses Gebiets noch bunter machen.»

Heute, fast fünfzig Jahre später, weiä ich nicht, was mich beim Lesen dieses Textes mehr verblüffen soll: meine Wohlinformiertheit, die weit über den durchschnittlichen Kenntnissen der Sowjetmenschen lag, oder die Blauäugigkeit des damals 21-jährigen Jungkommunisten, der irgend-etwas aufgeschnappt hatte und allerlei Halbwahrheiten für bare Münze nahm. Dabei muss betont werden, dass ich meine Weisheiten ausschlieälich aus Ida Iwanownas Äuäerungen und vielleicht einigen ergänzenden Kommentaren der kirgisischen Gastgeber geschöpft hatte. Es gab auch nicht die Möglichkeit, das Gehörte anhand schriftlicher Quellen zu verifizieren. Literatur zu dem Thema galt in den Bibliotheken des gesamten Ostblocks als «Verschlusssache», und westliche Bücher lagen zu dieser Zeit im Giftschrank. Dabei war mein Spezialgebiet und das Thema meiner Diplomarbeit ausgerechnet die neuere Geschichte Deutschlands, insbesondere der Weimarer Republik.

Wenn ich nun ein Buch über das Schicksal der Russlanddeutschen vorlege, muss ich gestehen, dass mir diese Materie zu Beginn der Arbeit an dem Buch relativ neu war, obwohl meine Recherchen zu Themen der russischen Geschichte auch früher gelegentlich sowjetdeutsche Aspekte tangierten. Gleichzeitig festigte die gründlichere Auseinandersetzung mit der Historie der Russlanddeutschen meine Überzeugung, dass diese sehr viel mit dem Ende der Sowjetunion zu tun hatte. Der Staatssozialismus scheiterte natürlich nicht zuletzt an der ökonomischen Unhaltbarkeit des Systems und den vielfältigen absurden Formen der Unfreiheit. Aber seine Achillesferse, seine gröäte Verwundbarkeit entstand langfristig durch den doktrinären und lebensfremden Umgang mit der nationalen Frage.

Noch zwei Gebrauchsanweisungen für die deutschen Leser, insbesondere für diejenigen, die aus der ehemaligen Sowjetunion stammen. Erstens: Anders als in meinen früheren Büchern zu historischen Sujets arbeite ich mit Anmerkungen - genauen Quellenhinweisen und persönlichen Kommentaren -, was vielleicht das Lesen umständlicher macht, mir aber für die Schilderung des Themas unverzichtbar erscheint. Als Entschädigung für die dadurch entstehenden Mühen bei der Lektüre gibt es im Apparat die Internetadresse für zwei russische Wolgalieder.

Und zweitens: Obwohl ich es im Laufe dieser Arbeit fast ausschlieälich mit deutschem und russischem Material zu tun hatte, haben mich bei der Darlegung zweifelsohne die Erfahrungen eines Mitteleuropäers, genauer gesagt eines Ungarn jüdischer Abstammung beeinflusst. Somit habe ich nicht unbedingt die Perspektive der deutschen und russland-deutschen Kollegen eingenommen. Ich hoffe sehr, dass dieser gewissermaäen fremde Blick neue Gesichtspunkte zum Nachdenken über die eigene Geschichte ergeben kann.

György Dalos


INHALT

Vorwort
9

Die heile Welt der Kolonisten
12

Genesis eines Konflikts
34

Zwischen den Fronten, 1914-1917
50

Deutsche in der Feuertaufe
72

Die Geburtswehen einer Republik, 1918-1924
84

Jahre mit Januskopf, 1924-1928
113

Die Sowjetisierung
133

Deportation und Trudarmee
172

Eine sogenannte Rehabilitierung
219

Falsche Morgendämmerung Die Sowjetdeutschen in der Perestroika
256

Epilog
291

Anmerkungen
298

Dank
319

Zeittafel
320

Literatur
322

Bildnachweis
324

Personenregister
325

Далош Д. История российских немцев: от Екатерины Великой до наших дней / Перевод с нем. Е. Штерн. – Новосибирск: Свиньин и сыновья, 2022. – 376 с.: ил.

ISBN 978-5-98502-246-9 (рус.)

Книга венгерского историка и писателя Д. Далоша представляет собой основательный документальный труд и вместе с тем очень живое повествование, рассказывающее о судьбе российских немцев на протяжении 230 лет – с середины XVIII до конца XX века. В своем исследовании автор подробно описывает условия жизни первых переселенцев и их потомков, погромы во время Первой мировой войны, существование образованной после Октябрьской революции автономной республики немцев Поволжья, депортацию в начале Великой Отечественной войны и принудительный труд, попытки восстановления немецкой автономии в период реабилитации с последовавшим массовым возвращением немцев в Германию в годы перестройки.

Книга впервые публикуется на русском языке и адресована широкому кругу читателей.


Дьёрдь Далош родился в 1943 году в Будапеште. С 1962 по 1967 год учился на историческом факультете Московского государственного университета. После защиты дипломной работы вернулся из Советского Союза и трудился в Будапеште в Музее рабочего движения. В 1964 году вступил в Венгерскую социалистическую рабочую партию. В том же году вышел в свет его первый сборник стихов. В 1965 году был принят в Венгерский союз писателей.

В 1968 году как член леворадикального студенческого кружка осужден за «участие в маоистском движении» по обвинению в антигосударственной деятельности на 7 месяцев условно. Дьёрдя исключили из партии и уволили с работы. Вскоре он был помещен под полицейский надзор, который сняли в результате 25-дневной голодовки и вмешательства известного философа Дьёрдя Лукача. Лишившись права на публикации, занимался переводами с русского и немецкого. На протяжении 19 лет в Венгрии не вышло ни одной его книги.

В 1977 году стоял у истоков венгерского демократического оппозиционного движения.

В 1984 году получил приглашение в Берлин по линии Германской службы академических обменов (DAAD). Был сотрудником исследовательской группы «Восточная Европа» в Бременском университете. В 1988-1989 годах входил в состав редколлегии подпольной газеты ГДР Ostkreuz.

С 1995 по 1999 год в Берлине руководил «Венгерским домом». В 1999 году стал главным координатором презентации Венгрии как почетного гостя Франкфуртской книжной ярмарки.

Некоторое время проживал в Вене, как свободный публицист писал для немецких газет и радио.

В настоящее время живет в Берлине, работает в берлинской газете Freitag. С 2007 года представляет Венгрию в Международном Совете Австрийской службы за границей. Является членом-корреспондентом Саксонской академии искусств.

Книги Дьёрдя Далоша переведены и изданы в Англии, Франции, Дании, Швеции, Японии, Турции, Португалии, России, Австралии, Израиле, США и Голландии.

Среди известных произведений – роман «1985» (1983), «Обрезание» (1990), «Гость из будущего. Анна Ахматова и сэр Исайя Берлин: История одной любви» (1996), «Ольга. Последняя любовь Пастернака» (1999), «Путешествие на Сахалин. По следам Антона Чехова» (2001), «Горбачев. Человек и власть» (2011).

Удостоен нескольких литературных премий, в том числе премии имени Адельберта фон Шамиссо (1995) и лейпцигской книжной премии «За вклад в европейское взаимопонимание» (2010), награжден Золотым знаком президента Венгерской Республики (2000).


Благодарности автора

Автор благодарит за идеи и советы д-ра Виктора Кригера. С 1999 года он – сотрудник Исследовательского центра истории и культуры немцев в России и приглашенный преподаватель на семинаре по восточно-европейской истории в Гейдельбергском университете.

Барбара Фрайфрау фон Мюнхгаузен, руководитель Гёте-института в Алма-Ате, а также ее сотрудницы оказали мне огромную помощь в поисках информации. Большое им за это спасибо.

Я также благодарю писательницу Элеонору Гуммель за информацию о быте советских немцев.

Кроме того, я благодарен давнему редактору моих немецкоязычных книг, Элсбет Цилла, которой при работе с этой книгой пришлось преодолевать специфические проблемы стилистики немецко-русского (советско-немецкого) языка из некоторых источников и воспоминаний.


К российским читателям

Как живущий в Берлине и пишущий в том числе и на немецком языке венгерский автор, я опубликовал большое количество книг по темам, касающимся России. И хотя по диплому МГУ я историк, но вижу себя скорее не ученым, а писателем, желающим в популярной форме познакомить заинтересованных читателей с этими темами. Меньше всего мне хотелось бы быть «конкурентом» таких выдающихся русско-немецких историков-ученых, как Аркадий Герман, Виктор Кригер, Владимир Ауман, Валентина Чеботарева, Игорь Плеве, Татьяна Илларионова, Альфред Айсфельд и других. Более того, в своей работе я опираюсь на их труды, написанные в результате знакомства с источниками, а также на сборники документов, не в последнюю очередь с портала wolgadeutsche.net. Одной из целей изучения судьбы российских немцев было мое предположение, что эта тема не очень хорошо известна широкому кругу читателей в ФРГ, хотя здесь, по самым скромным подсчетам, проживают более трех миллионов немцев из бывшего Советского Союза.

Кроме того, я надеялся, что мое венгерское происхождение сделает возможной особую точку зрения: становление моей страны – маленького народа меж великих держав, втягиваемого снова и снова в конфликты мирового масштаба, – наверняка имеет некие параллели с историей российских немцев. Даже в Венгрии проживает триста тысяч немцев – потомков швабов и саксов, принятых Марией Терезией. После 1945 г. более 180 тысяч венгерских немцев по приказу союзных сил были насильственно лишены имущества и сосланы. Такая же история случилась с коллективно обвиненными немцами в Польше, Чехословакии и Югославии.

Что касается технических особенностей подготовки российского издания моей книги, то, наверное, тут важно подчеркнуть время. Из-за коронавирусной пандемии были закрыты библиотеки, где я хотел найти русские оригиналы цитат. К счастью, я нашел помощников, которые облегчили мне эту трудную работу, – Александра Крейка, Виктора Клейма, Вальтера Гаукса (Берлин), Андрея Келлера (Екатеринбург) и Гульмару Шандыбаеву (Алма-Ата). Тем не менее я подозреваю, что не все цитаты были найдены в точных формулировках, поэтому прошу о снисходительности.

Дьёрдь Далош
Берлин, февраль 2021 г.


Предисловие

Весной 1965 г., когда я изучал историю в МГУ, я получил приглашение приехать во Фрунзе, сегодняшний Бишкек. Меня пригласил киргизский поэт Темиркул Уметалиев. Так почти целую неделю я провел в столице Киргизской Советской Социалистической Республики: с первого мая, отмечаемого по всему миру как День Труда, по девятое мая – двадцатую годовщину победы СССР над гитлеровской Германией. У Темиркула Уметалиева – очень известного в те времена литератора – были собственный дом с садом в центре города и огромная семья с большим количеством родственников. Один из его внуков, пятилетний Сережа, был болен детским церебральным параличом и поэтому не мог ни ходить, ни разговаривать. Он сидел в коляске, ухаживала за ним Ида Ивановна, пожилая немка, которая так заботливо обращалась с ним, будто малыш был ее собственным внуком. Время от времени она брала его на руки, покачивала его и нежным голосом по-немецки говорила: «Du armes schönes Kind!» («Ты мой красивенький бедняжечка!»)

В лице Иды Ивановны я впервые столкнулся с таким явлением, как российские немцы, о существовании которых я до того момента не имел ни малейшего представления. Очевидно, эта история впечатлила меня, так как в эссе о своей поездке в Киргизию для сегедского литературного журнала Tiszatä) («Тиситай») я посвятил ей целый абзац. Ссылаясь на разговор с пожилой женщиной, я писал: «Здесь, в киргизской деревне, живет много немцев, в соседнем Казахстане также есть целые немецкие деревни, немецкие колхозы. Эти немцы бежали в конце XVIII века от экономического кризиса в Российскую империю, находившуюся в стадии экономического роста и нуждавшуюся в трудолюбивых рабочих руках. Немцы остались в стране и после Великой Октябрьской социалистической революции. Количество их оценивалось примерно в полмиллиона, когда в 1922 г. в рамках недавно созданного Советского Союза они получили свою автономию. Центр автономной республики немцев Поволжья располагался на Волге, в маленьком городке Энгельсе. Но в годы войны немецкое население сильно сократилось. Ужасы эвакуации, причисление части немцев к пятой колонне и другие чисто субъективные факторы почти лишили немецкое население возможности объединиться после войны в новую автономную государственную формацию. Часть из них осела здесь, в Центральной Азии, сделав и без того пеструю этническую карту этой территории еще более пестрой».

Сегодня, почти пятьдесят лет спустя, я не знаю, что меня при чтении этого текста должно смущать больше всего: моя осведомленность, превышавшая знания среднестатистического советского человека, или невероятнейшая наивность 21-летнего молодого коммуниста, который раздобыл кое-какую информацию и принял такую вот полуправду за чистую монету. При этом следует подчеркнуть: все мои знания были почерпнуты исключительно из слов Иды Ивановны и, возможно, нескольких дополнительных комментариев моих киргизских друзей, у которых я гостил. Не было никакой возможности перепроверить услышанное, опираясь на письменные источники. Литература по этой теме проходила в библиотеках всего восточного блока под грифом «секретно», а западные книги в то время были за семью печатями. И это при том, что моей специализацией и темой дипломной работы была именно современная история Германии, с фокусом на Веймарской республике.

И если я сейчас и представляю вашему вниманию книгу о судьбе российских немцев, то должен сознаться, что к тому моменту, когда я начал работать над ней, материал был для меня практически незнакомым, хотя мои прежние исследования по теме русской истории так или иначе касались советско-германских аспектов. В то же самое время более глубокое знакомство с историей российских немцев укрепляло мое убеждение в том, что эта история имеет самое непосредственное отношение к исчезновению Советского Союза. Государственный социализм рухнул, конечно же, не в последнюю очередь из-за экономической несостоятельности и самых разных абсурдных форм проявления несвободы. Но его ахиллесовой пятой, его самым уязвимым местом с самого начала было доктринальное, оторванное от жизни решение национального вопроса.

Еще два важных момента для немецких читателей, особенно для тех, кто родом из бывшего Советского Союза. Во-первых, в отличие от других моих книг на исторические темы, в этой даны примечания, которые содержат точные ссылки на источники информации и личные комментарии, что, возможно, несколько затрудняет чтение, но кажется мне крайне важным для раскрытия темы. В качестве бонуса за потраченные во время чтения усилия в разделе ссылок указан сайт с двумя русскими песнями о Волге.

А во-вторых, несмотря на то, что в ходе работы я имел дело практически только с немецкими и русскими материалами, на изложение фактов не могла не оказать влияние моя собственная жизнь жителя Центральной Европы, точнее говоря, венгра с еврейскими корнями. Это дало мне возможность не принимать точку зрения немецких коллег или коллег из российских немцев. Я очень надеюсь, что этот в некоторой степени сторонний взгляд поможет вам выделить новые аспекты в размышлениях о собственной истории.

Дьёрдь Далош