Записки о Саратове К.И. Попова
Записки о Саратове К.И. Попова [1]

Описание Сарепты

Пробыв в Царицыне дней семь, я отправился по обязанности службы в колонию Сарепту в 26 верстах от Царицына, издавна славящуюся своими произведениями. Колония эта существовала на особых правах против других колоний. Ею заведовал собственно управляющий саратовской конторы иностранных поселенцев, а все распоряжения в колонии зависели от братского колониального общества. В Сарепте все было общественное, братское, даже собственные деньги в народном обращении по той (?) колонии. Все изделия на фабриках производились обществом, а не семействами в частности. Фабрики были разнородные: а) выделывались разных сортов сарпинки, под названием сарептских; в тогдашнее время они были в большом употреблении; б) глиняная разнородная посуда, которая и теперь в славе; в) горчичное масло и самая горчица, которые и ныне в большом употреблении; г) табачная фабрика; д) пряники под названием сарептских лучшего достоинства; е) ботанические произведения всех произрастаний, которыми Сарепта снабжала все аптеки, даже столичные; ж) водочное заведение под названием сарептское; вина крепкие, отличного вкуса. Были и другие заведения; так что Сарепта ни от кого ничем не заимствовалась, все было свое, домашнее, кроме металлов. Все эти хозяйственные заведения были в заведывании и распоряжении избранных от общества лиц; или же все произведения, выделываемые на фабриках, продавались и весь капитал хранился в обществе и разделялся в частности по семействам, по числу рабочих рук и по времени занятий каждого человека, как это мне рассказывали главные колониальные начальники.

Колония состояла из реформатов, более 500 душ мужского пола. Поселена она на отличном местоположении. Дома на главной площади и улицах преимущественно каменные, двухэтажные, крытые железом. В каждый дом проведена вода желобами, с устройством кранов для выпуска ее. Магазины для распродажи товаров, склады их и фабричные заведения в лучшем состоянии. Сверх колониального управления, за всем порядком надзирает полицмейстер, из их же общественников; он повсюду меня водил и все показывал, даже костел[2], школы мужского и женского пола. Все это находилось в лучшем виде и отличной чистоте.

Из разговоров с колониальным начальством я познакомился с обычаями братьев. Между прочим, вот странности в отношении бракосочетаний. У них женятся по жребию. Например, в течение года должно совершиться 10 или более браков; женихи берут билеты, и кому какая девица, или вдова достанется, тот непременно и должен на ней жениться. Не пожелавшего исполнить все условия и постановления сарептского колониального управления, или замеченного в дурной нравственности они исключают из своего братства, и исключенные должны совсем удалиться из колонии, без всякого вознаграждения из общественного капитала, где быть может находилась и частица удаляемого из общества.

Нравственность сарептских реформатов отличается хорошими качествами, в особенности в образовании молодых девиц. В местную школу отдают своих дочерей многие колонисты и немцы из образованного и богатого класса, живущие в Саратове, и из школы выходят девицы благонравные; их с удовольствием берут в гувернантки русские помещики; мужской пол, образовавшийся в Сарепте, тоже выходит хорошей нравственности и занимает лучшие места в торговых магазинах и конторах, преимущественно немецких.

Мне рассказывали, что Сарепта в 1822[3] году сильно пострадала от пожара, это ее разорило, и она после того долго приходила в должное устройство; кроме того, два лица, главные заведующие колонией, с большим общественным капиталом, в те же 1820-ые годы поехали в Петербург за разными покупками для общественных фабрик и заведений, но уехали за границу, в колонию не возвращались, и общественный капитал лопнул.

В Сарепте я был в конце октября 1835 года. Полицмейстер отвел мне в гостинице три комнаты, хорошо меблированные. Я прожил здесь по своим занятиям трое суток. Когда стал уговариваться в гостинице в цене за стол и за все, то полицмейстер сказал: "Ну! Кто на наш колонка приехал по делам общественным, мы не берем, хоть сам губернатор или Путягин (управляющий конторою Бутягин); а Вы получаете жалованья мало, нам деньги не надо". Он велел отпускать мне и моей прислуге все лучшее к обеду, ужину и чаю. Действительно, все подавалось в лучшем виде и приготовлено было со вкусом. Прислуживала девушка лет 18. Она всегда спрашивала, что готовить к обеду и ужину. Я отдавал на ее волю готовить мне, что ей вздумается, чтобы она ни изготовила, то все будет хорошо. Она подавала мне чай, кофе, завтрак, обед и ужин, убирала со стола и мела комнаты. Моя прислуга сидела, ничего не делая. Девушка по-русски говорила ломанным языком: "Ну! Какой вина кочешь?" Нарочно ей скажешь: "Такое, какое ты сама пьешь", - она покраснеет, покачает головой: "Фай, фай! Мой не пьет". - "На, какое получше, да послаще", отвечаю я. Поставит на стол бутылки три собственного в колонии произведения. После обеда и ужина подавала десерт: виноград, яблоки, арбузный мед и другие лакомства. Когда поутру приходила с чаем, то в первый свой приход говорила: "Гут морген", а после ужина и десерта, при уходе, кивнет головой и скажет: "адье". Она была собою недурна: продолговатое белое лицо, черные волосы; коса заложена гребенкою; носила полосатую разноцветную шерстяную юбку домашнего произведения и синенький корсет, застегнутый пуговками, на ногах ботинки и синие чулки: всегдашний национальный наряд. Раз как-то я спросил ее: "хозяйка ли она?" Она отвечала: "Нет, у меня есть мутер и фатер: фатер на фабрике - слесарь, а мутер на кухне". Когда я стал готовиться к отъезду, то предложил ей за услуги 5 рублей ассигнациями, но она не взяла, замотала головой и убежала из комнаты. Накупив в Сарепте горчичного масла, горчицы, пряников и бальзама в гостинец своим родным и распростясь с полицмейстером, я отправился обратно в Царицын.

__________________

[1] Попов Константин Иванович - ревизор, проводивший осенью 1835 года в Царицынском уезде проверку народной переписи 8-й ревизии 1834 года. В октябре 1835 года он посетил Сарепту. - Прим. А.Ш.

[2] Здесь автор ошибочно называет кирху костёлом. - Прим. А.Ш.

[3] Пожар в Сарепте был в 1823 году. - Прим. А.Ш.




Саратовский край. Исторические очерки, воспоминания, материалы. Саратов, 1893, с. 228-230.


© Эта страница является неотъемлемой частью сайта DIE GESCHICHTE DER WOLGADEUTSCHEN.