Рорграбен


    Место моего рождения "Рорграбен" (в официальных документах и на картах известно под названием "Бауернграбен") находилось в степи, в 30 км от села Боаро. Рорграбен возник из нескольких участков и отдельных дворов, которые основали более богатые крестьяне из большого села Боаро, когда вокруг "материнской" колонии земли для быстро растущего населения уже не хватило. Такие выселки по русскому образцу назывались "хуторами". Посёлок находился внутри целой сети оврагов и ручейков, поросших камышом ("Schilfrohr") и впадающих в "Малый Караман" (левый приток Волги). Когда именно этот посёлок возник, мне неизвестно. Крестьяне из Боаро в этой окрестности образовали несколько таких хуторов. Они там жили только во время посевной, сенокоса и уборки. Зимой здесь находились обычно только скот и работники. Только позже люди поселились здесь на постоянное жительство. Но, во всяком случае, когда мой дед в 1923 году после своего возвращения из Сибири купил здесь участок земли и саманную избушку, это была уже небольшая деревушка. Но, особенно зимой, здесь было ещё дико и скучно. Здесь не было ни мельницы (без которой крестьянин обходиться не может), ни лавки, ни почты, ни правления. На мельницу, в лавку и на почту крестьяне ездили в Боаро или в Катариненштадт. И за луговым сеном или куском дерева крестьяне вынуждены были ехать на луга этих двух колоний. Деревня по настоящему начала развиваться лишь, когда были образованы колхозы. Колхоз, который организовали здесь, получил имя Тельманна. Открыли школу (с одним единственным учителем), небольшую лавку, где люди могли покупать керосин, соль, спички и другие товары первой необходимости. Было и колхозное правление. Но сельсовет находился в посёлке "Киппель" (курган), в трёх км по направлению Боаро. (Посёлок этот сегодня тоже больше не существует). Жизненно важным сооружением являлся пруд. Из деревенского пруда брали воду для посадки капусты и свёклы, для полива грядок в домашних огородах, летом и зимой здесь поили скот. Деревенское стадо в обед здесь отдыхало. (Скот в обеденное время пригоняли сюда, он утолял свою жажду и отдыхал в жаркое время дня. Но тени здесь, к сожалению, тоже не было. Сюда приходили в обед хозяйки доить своих коров.) Из пруда возили воду на поля, чтобы выливать сусликов из норок. Этих зверьков надо было, во-первых, уничтожить, так как они приносили большой вред хлебам на полях. Во-вторых, они в голодные годы служили некоторым людям "мясной добавкой" к овощам с огородов (а голодных было больше чем сытых). Но самой главной целью, которой служил пруд (особенно для нас пацанов), было купанье. Мы целыми днями не выходили из воды. Вечером часто после работы приходили и взрослые и наслаждались в прохладной воде. За прудом, на более или менее ровной площадке изготовлялся саман для строительства. Позже здесь колхоз сажал капусту (благо вода была рядом). В деревне первоначально было два колодца, где сельчане брали питьевую воду. Оба находились за прудом и были очень глубокие. Воду доставали при помощи длинной цепи, которая скреплялась к деревянному воротку. Вороток вращался при помощи рукоятки, сматывая или наматывая цепь, к которой скреплялось ведро. Один колодец находился прямо перед усадьбой деда Меркера, второй - дальше внизу за дамбой под огромной старой ивой (кстати, единственным деревом во всей деревне). Отсюда уже в моё время (середина 30х годов) редко брали воду, так как сруб колодца был уже очень ветхим и к нему было опасно подойти. Некоторые люди возили питьевую воду в бочках на тележках из соседней деревни Борегардт, что нередко приводило к скандалу между жителями обеих деревень. К этому времени рядом с колхозной конторой бурили новый колодец, который был ещё глубже остальных. Чтобы достать оттуда воду, над колодцем построили насосную станцию, которая должна была работать от ветряного двигателя. Но этот ветряк по какой-то причине не функционировал. Некоторое время всё это сооружение стояло без действия. Кто-то вывернул с вышки внутренние распорки. Однажды ночью, когда был сильный ветер, вся эта вышка упала. Недалеко от этого колодца к столбу была привязана корова председателя колхоза Гюнтера Густава. Стабилизатор (хвост) крыльев в полуметре от коровы врезался в землю. Это было тогда огромным событием в масштабах деревни, которое глубоко запало мне в память. Когда в 1941 году немцев с Волги депортировали в Сибирь, наша деревня насчитывала около 100 дворов. Выселение состоялось 12 сентября 1941 года. Людей вместе со своим небольшим скарбом на военных машинах увезли в Марксштадт к Волге. (Марксштадтцев тогда уже не было.) Здесь их погрузили на баржи и повезли в Энгельс к железной дороге. Так как в Рорграбене жили почти исключительно немцы, деревня после выселения жителей лежала, как вымершая. Только две-три казахских семьи оставалось, которые ухаживали за скотом. На несколько дней оставались ещё водители грузовиков. Они сначала должны были увезти весь хлеб с токов и сдать его в государственные закрома, потом их тоже увезли. Через несколько дней прибыли беженцы из различных западных областей, ведь немецкая армия двигалась всё дальше на восток. Колхозная земля была отдана соседнему совхозу. Деревня с самого начала была обречена на развал. Со временем новые жители покинули её. Последние уже в 1961 году. Деревянные постройки перенесли за 7 км на центральную усадьбу совхоза, в посёлок Кельке. Только ферма со скотом и его пастухи остались здесь. (Смотри главу "Путешествие на Волгу 1996" данной "Биографии".) Данный эскиз изготовлен авторами по памяти. Это только схематичный чертёж Рорграбена, без масштаба. Номера домов обозначены произвольно, в деревне не было ни названий улиц, ни нумерации домов. Дома стояли, конечно, не в таком строгом порядке, как на схеме. Улицы, переулки и дороги часто были искривлены по местности. Дома имели различные размеры и формы. Фамилии жителей иногда снабжены небольшими комментариями, для освежения памяти.



Оглавление

© Эта страница является неотъемлемой частью сайта DIE GESCHICHTE DER WOLGADEUTSCHEN.